shkolaput.ru 1


На правах рукописи



Шумилова Анастасия Анатольевна

Синонимия как ментально-языковая категория

(на материале лексической и словообразовательной синонимии русского языка)

Специальность 10.02.01 – русский язык

АВТОРЕФЕРАТ
диссертации на соискание ученой степени

кандидата филологических наук

Кемерово 2009

Работа выполнена на кафедре стилистики и риторики

ГОУ ВПО «Кемеровский государственный университет»



Научный руководитель:

доктор филологических наук, профессор Людмила Алексеевна Араева


Официальные оппоненты:



доктор филологических наук, профессор Марина Геннадьевна Шкуропацкая

кандидат филологических наук, доцент

Ирина Владимировна Евсеева



Ведущая организация:



ГОУ ВПО «Новосибирский государственный технический университет»

Защита состоится 4 декабря 2009 г. в 13 часов на заседании диссертационного совета Д 212.088.01 по защите диссертаций на соискание ученой степени доктора филологических наук в ГОУ ВПО «Кемеровский государственный университет» по адресу: 650043, г. Кемерово, ул. Красная, 6.

С диссертацией можно ознакомиться в научной библиотеке ГОУ ВПО «Кемеровский государственный университет».


Автореферат разослан 2 ноября 2009 г.

Ученый секретарь

диссертационного совета М. А. Осадчий

ОБЩАЯ ХАРАКТЕРИСТИКА ИССЛЕДОВАНИЯ
Диссертационное исследование посвящено изучению явления синонимии как ментально-языковой категории в лексической и словообразовательной системах русского языка, разработанной в русле современных лингвистических направлений (с использованием методик когнитивной и психолингвистической парадигм).

Основная проблематика исследования сосредоточена на изучении синонимии как уникального ментально-языкового явления, отражающего познавательно-категоризующие особенности мыслительно-языковой деятельности человека.

Взгляд на историю синонимии позволяет сделать вывод о том, что синонимические отношения волновали умы философов и лингвистов на протяжении длительного времени, начиная с древнейших эпох изучения языка. Условно можно выделить несколько исторических периодов, направленных на исследование разных сторон этого явления. Истоки рассмотрения синонимии находятся в античной философии. Древние мыслители в своих размышлениях о языковой форме, о природе имени обратили внимание на наличие нескольких имен для одной и той же вещи, эта особенность языка обрела свое философское обоснование через использование категории «тождество-различие». Данная философская категория является онтологической антиномией, обусловливающей сущность синонимии.

Следующий период связан с возникновением и становлением теории лексической синонимии. Ученые XVII–XIX веков обращаются к определению синонимии, к обнаружению ее особенностей, стремятся объединить изучаемые единицы в общую группу, для чего активно собирается материал, появляются первые опыты составления словарей синонимов. Этот период связан с именами таких ученых, как И. И. Давыдов, Д. П. Калайдович, М. В. Ломоносов, И. Фонвизин и др.

Двадцатый век можно считать «золотым веком синонимии». В этот период активно изучаются и собираются синонимические ресурсы языка, появляется большое количество исследований и словарей синонимов (Н. Абрамов, З. Е. Александрова, Ю. Д. Апресян, С. Г. Бережан, В. А. Гречко, А. П. Евгеньева, В. К. Фаворин и др.). В 50–70х годах ХХ столетия возрастает интерес к изучению синонимов, издано большое количество научной литературы, которая посвящена рассмотрению синонимии. Ученые стремятся классифицировать и определить место синонимии в системе языка, исследуя ее на всех уровнях. Появляется самостоятельное научное направление в лингвистике – синонимика. В связи с обилием работ по синонимии, к концу ХХ века создавалось впечатление, что в синонимии все уже изучено, и интерес к данному феномену постепенно начинает угасать.


В настоящее время наблюдается «период возрождения» интереса к синонимии в русле современных лингвистических парадигм, возникает потребность в новой, когнитивно ориентированной и психологизированной теории синонимии. Особенность нашего подхода заключается в синтезирующем, комплексном анализе синонимии: в объединении достижений традиционной синонимики, философских воззрений и преломлении их сквозь призму языкового сознания. В настоящее время появляются работы, рассматривающие синонимию не как системное явление, обладающее набором определенных признаков, а как способность индивида, переживать сходство в процессе познавательной деятельности (Ю. О. Князева, С. В. Лебедева, О. В. Покровская, Ю. В. Чепель, В. Д. Черняк и др.), через синонимию исследуются речемыслительные механизмы, а также психологические особенности личности и лингвокультурологические факторы.

Исследование словообразовательной синонимии основано на когнитивно-дискурсивной природе производного знака (А. Г. Антипов, Л. А. Араева, П. А. Катышев, И. В. Евсеева, Е. С. Кубрякова, М. А. Осадчий и др.), а также на проблемах психолингвистического (А. А. Залевская, А. А. Леонтьев, Л. В. Сахарный, И. А. Стернин и др.), ономасиологического и семиотического уровня изучения деривационной системы (О. В. Батурина, Э. С. Денисова, Е. С. Кубрякова, Ю. Г. Панкрац, М. Г. Шкуропацкая, М. Н. Янцинецкая и др.).

Диссертационное исследование развивает обозначенные идеи, используя их для когнитивно-психологизированного, деятельностно-ориентированного понимания синонимических процессов на лексическом и словообразовательном уровнях, что определяет его актуальность.

Синонимия рассматривается как комплексная единица, поэтому основные проблемы, поднимаемые в диссертации, связаны со значимостью процессов ассоциациирования, категоризации, исследуются ономасиологические и семасиологические аспекты изучения слова, а также используется когнитивно-дискурсивный анализ непроизводных и производных единиц, вступающих между собой в синонимические отношения в пространстве ментального лексикона индивида.


В работе развиваются теоретические идеи «близости значения слов в сознании индивида» вслед за С. В. Лебедевой, «полевой организации синонимических единиц и синонимичного шкалирования» В. Г. Фаворина, «естественной категоризации» Л. Витгенштейна, «когнитивного понимания словообразовательного типа» Л. А. Араевой, «пропозиционально-фреймового анализа производных единиц» А. Г. Антипова, Л. А. Араевой, О. А. Булгаковой, П. А. Катышева, М. А. Осадчего и др.

Объект исследования – лексическая и словообразовательная синонимия русского языка.

Предмет исследования – лексическая и словообразовательная синонимия в аспекте когнитивно-психолингвистического изучения.

Цель диссертационного исследования – дать синтезирующее, когнитивно ориентированное понимание синонимии русского языка как ментально-языковой категории. Поставленная цель предполагает решение следующих задач:

1. Изучить историю и философские обоснования синонимии, обобщить существующие в традиционном отечественном языкознании подходы к исследованию синонимов и лексикографических источников.

2. Рассмотреть спорные вопросы теории лексической и словообразовательной синонимии в когнитивной и психолингвистической парадигмах; выявить синонимические связи и их особенности в ментально-языковом пространстве индивида; изучить когнитивную природу лексических синонимических единиц и синонимических связей.

3. Сформулировать когнитивное понимание словообразовательной синонимии и определить способы ее изучения; исследовать явление словообразовательно-пропозициональной синонимии, дать анализ словообразовательно-пропозициональных синонимов в диалектной системе русского языка.

4. Для представления психолингвистической трактовки синонимии, помимо анализа существующих работ по основным проблемам синонимичности, разработать экспериментальные методы исследования лексической и словообразовательной синонимии.

5. Обосновать, что результаты экспериментальной части исследования кроются в выявлении единиц, переживаемых индивидуальным сознанием в качестве близких по смыслу; показать существование единого синонимического пространства, подвижность и возможность развития синонимических связей по принципу естественной категоризации.


6. Опираясь на экспериментальные данные, определить место синонимии (лексической и словообразовательной) в пространстве ментального лексикона; выявить критерии синонимичности (с опорой на когнитивный, функциональный, психолингвистический подходы); обобщив теоретические, практические и экспериментальные материалы исследования,

сформулировать соответствующее современным парадигмам определение синонимии и синонимов.

Рабочая гипотеза исследования вытекает из положения о том, что процесс номинативной деятельности детерминирован ситуацией, мысль фиксирует в дискретных языковых единицах тот или иной пропозиционально организованный фрагмент действительности. Разное видение объектов внеязыковой действительности – причина изменения пропозициональных структур, проявляющегося в выборе мотивирующего признака и провоцирующего образование синонимов.

Слова, находящиеся в синонимических отношениях, в языке не оформляются линейно, а обладают общими, пересекающимися семами с членами других синонимических рядов и, благодаря функционированию в пределах общего мотивационного пространства, семиосферы и ситуации общения, благодаря богатому ассоциативному фону и категоризационным способностям мышления, могут синонимизироваться в различных ситуациях, выстраивая вместо ряда синонимическую сеть. Число и характер слов расходятся с традиционно представленными в словарях синонимическими рядами.

Материалом для теоретической части исследования послужили синонимические ряды, произвольно выбранные из словарей синонимов русского литературного языка.

Для практической части исследования когнитивной основы словообразовательной синонимии использовались словообразовательно- пропозициональные синонимы, взятые из диалектных словарей и материала диалектологических практик (Кемеровского района), собранного автором в полевых условиях с 2003 по 2008 гг. Всего проанализировано 348 единиц.

Базу исследования составили результаты трех проведенных экспериментов:


1. Свободного ассоциативного эксперимента, ориентированного на выявление ассоциативной основы синонимических связей.

2. Направленного лингво-ассоциативного эксперимента, в котором приняли участие студенты филологического и экономического факультетов Кемеровского государственного университета.

В эксперимент включены задания, направленные на выявление существующих синонимических связей, оснований переживания сходства между единицами и особенностей их функционирования в индивидуальном сознании.

3. Второго уточненно направленного лингво-ассоциативного эксперимента, в котором приняли участие студенты семи факультетов. В эксперимент включены задания на выявление синонимических связей в индивидуальном сознании, семантического наполнения единиц, переживаемых как близких по смыслу, на обнаружение особенностей переживания тождества в индивидуальном сознании, установление зависимости синонимических связей от гендерного, возрастного и группового факторов.

Всего в ходе экспериментов опрошено 814 человек, получено 89 275 реакций.

Методы исследования. При сборе материала использован метод сплошной выборки из диалектных словарей. При исследовании материала применялась методика лексико-семантического, компонентного, семиотического анализа, методы ономасиологического, когнитивного, пропозиционального и типологического анализа структуры дериватов, а также психолингвистические методики свободного и направленного ассоциативного и лингво-ассоциативного экспериментов (результаты экспериментов изучались при помощи статистического метода).

Новизна исследования, заявленная в названии диссертации, заключается в следующем: явление синонимии исследуется как ментально-языковая категория, представлено комплексное изучение синонимии как единого механизма, раскрывающегося через категории философского, языкового (семантического, семиотического, когнитивного, психолингвистического, словообразовательно-пропозиционального) и внеязыкового (социального, гендерного) планов. В работе предлагается новое понимание синонимии и синонимов, формулируется их определение и методы изучения, в частности, исследуется ассоциативно-категоризационная природа синонимии и ее зависимость от индивидуально-ситуативного компонента.


В диссертации впервые подробно исследуется словообразовательно-пропозициональная синонимия на большом диалектном материале.

Теоретическая значимость определяется вкладом в развитие когнитивно-дискурсивного направления в русистике, теории синонимии, когнитивного словообразования, психолингвистического подхода к словообразовательному уровню.

Практическая значимость исследования обусловлена возможностью использования полученных результатов при разработке учебных курсов по лексикологии, словообразованию, диалектологии, культуре речи.

Практический материал может быть применен в лексикографической практике: при составлении словообразовательных словарей, словаря словообразовательно-пропозициональных синонимов, словарей синонимов, ассоциативного словаря. Методика направленного лингво-ассоциативного эксперимента может быть использована в качестве обучающих заданий, ориентированных на развитие номинативного творчества, синонимических связей, ассоциативного мышления, навыков семантического анализа как у школьников, так и у студентов, изучающих курсы лексикологии, культуры речи и словообразования. Теоретические выводы и экспериментальные данные могут быть включены в разработку спецкурсов по психолингвистике, когнитивной психологии, когнитивной лингвистике, социолингвистике, когнитивному словообразованию.

Положения, выносимые на защиту:

1. Образование синонимических единиц происходит на базе трех основных когнитивных процессов: ассоциирования, категоризации и лексикализации. Синонимические связи возникают в области пересечения нескольких категорий в зоне смысловой близости.

2. Слова находящиеся в синонимических отношения в речи не оформляются линейно, а обладают общими, пересекающимися семами с членами других синонимических рядов; благодаря функционированию в пределах общего мотивационного пространства способны синонимизироваться в различных ситуациях общения. Синонимы образуют вместо ряда сеть, «распахнутую» в систему языка по принципу постепенного добавления новых сем, при подключении новых ценностей сеть может бесконечно расширяться до объемов лексикона языка.


3. С позиции индивидуального знания синонимия понимается как один из механизмов формирования и функционирования единиц в пространстве ментального лексикона, каждая лексическая единица содержит в себе энергетическую способность к синонимизации. Такое положение снимает проблему несовпадения синонимических рядов, представленных в системе языка и функционирующих в речи; приводит к разрушению признака частеречного единства слов, вступающих в синонимические отношения; деактуализации признаков доминанты синонимического ряда: статичности и нейтральности, а доминанта понимается как типичный представитель, устойчивая ассоциация внутри естественной категории.

4. В языковой картине мира через словообразовательно-пропозициональную синонимию представлена многоплановая характеристика познаваемого объекта (реализованная через характеризующие словообразовательно-пропозициональные значения (далее СПЗ)), множественность возможных ситуаций функционирования этого объекта (реализованные через функциональные СПЗ). Анализ словообразовательно-пропозициональной синонимии проявляет пропозиционально-фреймовую организацию таких единиц. Будучи продуктом речемыслительной деятельности, это уникальное явление активно формируется в сознании индивида наряду с другими видами синонимии, такими как лексическая и однокоренная синонимия.

5. Ценностный компонент и ассоциативная основа категоризации свидетельствуют об индивидуальном представлении синонимии в сознании человека, в социальных, гендерных и возрастных группах.

Основные положения и результаты исследования апробированы на международных научно-практических конференциях: «Языковая ситуация в России начала ХХI века» (Кемерово 2002 г.), «История языкознания, литературоведения и журналистики как основа современного филологического знания» (Ростов-на-Дону 2003 г.), «Актуальные проблемы современного словообразования» (Кемерово 2005, 2009 гг.), на XV Симпозиуме по психолингвистике и теории коммуникации «Речевая деятельность. Языковое сознание. Общающиеся личности» (Москва 2006 г.), «Фундаментальные и прикладные исследования в системе образования» (Тамбов 2005 г.), «Картина мира: Язык, литература, культура» (Бийск 2005 г.); на региональных научно-практических конференциях: «Русский язык теория. История. Методика» (Лесосибирск 2003, 2005, 2009 гг.), «Наука и образование» (Белово 2005, 2006 гг.).


Структура работы. Диссертационное исследование состоит из введения, трех глав, заключения, списка литературы, списка диалектных источников, списка источников общерусской лексики, приложения.
ОСНОВНОЕ СОДЕРЖАНИЕ РАБОТЫ
Во введении обосновывается актуальность темы, определяются предмет и объект исследования, формулируются цель, задачи, рабочая гипотеза и методы исследования, раскрывается научная новизна работы, ее теоретическая и практическая значимость, характеризуется материал, излагаются положения, выносимые на защиту.

В первой главе «Лексическая и словообразовательная синонимия в структурно-системной парадигме» представлены многообразные точки зрения на явление синонимии в системо-центрической науке, которые обусловлены уникальной философской сущностью самого явления, отражающего диалектическую природу ментально-языковых процессов. Проблемы синонимии, особенностей синонимических отношений между словами наиболее успешно решаются в пределах философской категории «тождество-различие». Синонимия, будучи философской категорией, вскрывает диалектическую сущность языковых явлений. Отношения различия и тождества становятся базовыми, организующими синонимические связи. Дискретность языковых единиц предполагает их различие между собой. Различие можно рассматривать как начальную фазу дискретности и как условие для осуществления процесса познания явлений неязыковой действительности.

Сопряжение тождества и различия эксплицирует динамическое развитие языка и его систематизацию, проявляющуюся в таких категориях, как род/вид, полисемия, синонимия, антонимия, взаимно связанных между собой, которые предстают не просто результатом познавательной деятельности, а видятся как сам процесс познания, упорядочивания, классификации действительности, облекающий ее в языковую форму. Через язык человек стремится к наиболее адекватному выражению мысли, реализации ее малейших нюансов, что провоцирует наличие в речи синонимов. В целом представляется возможным рассматривать данную тенденцию как проявление симметричных потенций языка, как вечное его стремление наиболее полно обозначить именуемую вещь.


Природа синонимии объясняется асимметрией языкового знака и значения, установлением семантической близости языковых единиц. Абсолютного тождества в языке быть не может. Синонимы расходятся как в значении, так и в сочетаемости с другими единицами. Различие – это тот импульс, который, являясь онтологическим свойством тождества, обусловливает саморазвитие языка, детерминирует актуализацию символьной функции языкового знака.

История изучения синонимии в отечественной лингвистике начинается с трудов М. В. Ломоносова и продолжается с середины XVIII века в первых лексикографических трудах по синонимике (словари Д. И. Фонвизина 1783; П. Калайдовича 1818 и др.). Первые словари не отягощены авторскими теоретическими концепциями о сущности синонимии, представляя собой попытку авторов собрать и расклассифицировать существующее языковое явление в соответствии с взглядами и интуицией исследователей. Наиболее значимым и интересным трудом начала ХХ века можно считать словарь Н. Абрамова, подвергшийся критике, не понятый и не оцененный современниками. В рамках нашего исследования этот словарь становится наиболее важным, поскольку в нем автором представлен функциональный подход к синонимии. Имеющиеся в словаре синонимы образуют не синонимические ряды, а синонимические гнезда, которые отражают ассоциативный фон эпохи создания словаря. Автор интуитивно включил в синонимические гнезда то, что в современной лингвистике называется когипонимами, гиперонимами, гипонимами.

Подобную, но уже глубоко изученную точку зрения на синонимию можно увидеть в научно-популярном очерке В. К. Фаворина «Синонимы в русском языке». В данной работе синонимия понимается как процесс, как динамическое явление, отражающее мыслительно-познавательную деятельность человека, а синонимические связи представляются в виде динамических, постоянно изменяющихся рядов, которые, пересекаясь между собой, организуются в гнезда, а гнезда – в системы; синонимы способны формироваться в нашем сознании в амплитуды по степени выражения смыслового оттенка, тем самым демонстрируя постоянное движение.


Структурно-системная лингвистика стремится при определении того или иного языкового явления выделить четкие критерии, что практически невозможно сделать при обнаружении критериев синонимичности. Попытки вложить в синонимию новое, более неопределенное содержание, наличие кардинально противоположных точек зрения на синонимию приводят к размыванию термина, к противоречивому представлению природы синонимии, к различным принципам выделения и классификации синонимов. В результате создано большое количество словарей синонимов, демонстрирующих неоднозначность этого явления.

Суммируя все работы по синонимии в структурно-системной лингвистике, можно увидеть, что многие исследователи тяготеют к пониманию синонимов как слов смежного, почти одного значения, что именно различия между синонимами обусловливают их жизнь в языке. Синонимические отношения возникают в условиях движения неодинаковых единиц к тождеству через этап семантического сходства, а затем от тождества – к различию. В данном процессе отражается диалектика языка: язык стремится к созданию синонимичных форм для обозначения одного явления, понятия и выражению в этих формах различных сторон, оттенков, особенностей этого понятия, и в тот момент, когда такие различия достигают своего максимального развития, язык стремится избавиться от синонимов, возникает потребность в разрушении синонимии. Подобная эволюция характерна, прежде всего, для словообразовательных синонимов.

Изучение словообразовательной синонимии изначально связано с однокоренной синонимией, под которой понимались слова с одинаковым значением, обладающие общей корневой частью, но различающиеся аффиксальной. В наибольшей степени однокоренная синонимия рассматривалась в сфере лексики. Затем исследование однокоренных синонимов на фоне системных связей словообразовательных типов показало, что однокоренная синонимия – лишь одно из проявлений синонимии словообразовательных структур. Более того, сами однокоренные синонимы способствуют модификации словообразовательных типов, в то же время их возникновение детерминировано изменениями в словообразовательной системе. Назревает необходимость в разведении понятий «однокоренная синонимия» и «словообразовательная синонимия».


Таким образом, уже в структурно-системной лингвистике созданы работы, которые можно считать зачатками когнитивного подхода, поскольку синонимия, как лексическая, так и словообразовательная, начинает пониматься как динамическое, ментально-языковое явление, отражающее процессы познавательной деятельности человека.

Во второй главе «Когнитивный подход к изучению лексической и словообразовательной синонимии» представлен когнитивный аспект исследования, связанный с обращением к природе языкового знака. Возникновение знака всегда отражает стремление индивида заменить одну сущность другой, что позволяет проанализировать ментальные процессы в человеческом сознании. Синонимия – особое языковое явление, воссоздающее дробление языковой картины мира. Разные языковые формы для одного объекта действительности обусловлены разным видением этого объекта, причем этому способствуют не только взгляды разных индивидов (разное языковое сознание, индивидуальный опыт говорящего и т. д.), но и учет различных ситуаций.

Когнитивная лингвистика по-новому рассматривает категории значения и смысла, что проливает свет на всю теорию синонимии и объясняет многие вопросы, стоявшие в структурной лингвистике. Слово способно в одном и том же значении иметь множество интерпретаций, которые и составляют множество смыслов данного слова. Но одна из интерпретаций этого слова будет наиболее типичной, эталонной, будет выражаться центральным членом категории, что можно назвать точным смыслом. Поскольку постижение «нового смысла» происходит на фоне основного значения слова, то все области смысла имеют общие точки соприкосновения и один общий корень – значение.

Синонимические связи слов возникают в области пересечения нескольких категорий, в зоне смысловой близости. Благодаря основным когнитивным механизмам порождения и восприятия знаний, включающим в себя процессы категоризации (формирование смысла в процессе познания, соотнесение нового с уже существующими категориями по определенным признакам), лексикализации (увязывание концептов с вербальными средствами выражения и закрепление в памяти результатов, полученных через процесс категоризации) и актуализации (извлечение нужных слов, смыслов и знаний из памяти), слово способно не только замещать или представлять реальные предметы, создавать ассоциации, но и анализировать предметы, вводить их в систему сложных отношений. Выделяя соответствующие свойства у обозначаемого предмета, слово относит их к уже известным категориям. Процесс создания новой словоформы зависит от внутренних ощущений говорящего, от сформированного образа и ассоциаций, которые рождают этот образ в определенной ситуации, что является основанием для его категоризации. Само сознание не имеет четких границ, в связи с этим провести черту между естественными категориями невозможно, их границы размыты, и они свободно пересекаются на периферийном уровне. Такое положение в рамках синонимии объясняет объективирующие результаты постоянного взаимодействия разных категорий. На диалектном материале нами проанализирована группа слов, обозначающих толстого, полного, жирного человека. Ограничиваясь одной семиосферой, мы извлекли слова, называющие толстого человека, из Словаря ярославских говоров.

Толстый наливной, надувной, тучный, втельный, капитальный, солидный, битный, кубастый, сгибень, телепень, увалень, сдобыш, пузырь, пузан, мякуша, крепыш, кругляк, толпа, гладуха; жирный зажиренный, жирномясный, раскормленник, жирена, лепень, поросюшка, морда.


В словах надутый, наливной, взбитый, обрубыш гипостазируется сходство по какому-то действию: его как бы надули, он как будто чем-то налит, как бы взбитый, в связи с чем возникают разные образы. Надутый – это толстый, пухлый человек, есть негативный оттенок употребления; наливной – полный, небезобразный, с положительным значением, а взбитный, взбитной – толстый, крепкий (нейтральное употребление). В слове обрубыш – он как бы обрублен – появляется дополнительный признак «рост», так говорят только о невысоком толстом человеке. Подобные пересечения можно наблюдать в других словах: телепень, увалень, сгибень – происходит пересечение на основе нескольких признаков (неповоротливый, ленивый, толстый). Таким образом называют человека лишь в конкретном случае, когда есть потребность подчеркнуть его неповоротливость, а признак полноты будет уже на периферии. Такие слова, как мякуша, сдобыш, создают совершенно другой образ, во-первых, это ласковое, доброжелательное название: им можно назвать ребенка, мягкого, пышного, похожего на сдобу. Ребенка можно также назвать пузырь, пузан (так говорят и о ребенке с «большим пузом», и о полном ребенке), крепыш крепкий, полный ребенок; поросюшка – очень толстый, жирный ребенок. Слово капитальный связано надежностью, солидностью, мощью, т. е. внешние признаки пересекаются с внутренними качествами человека, так можно назвать только мужчину. Наименования толстой женщины тоже существуют: толпа (об очень толстой женщине), гладуха (ровная, в меру полная женщина). Признак чрезмерной полноты, жирности реализуется в следующих словах: зажиренный, жирномясный, раскормленник, где ощущается грубое, оскорбительное отношение; в слове жирёна присудствует, наоборот, мягкое, ласковое отношение. Словом лепень можно назвать жирного, несуразного человека, но значение будет нейтральным.

Анализ нашего материала позволяет сделать вывод о том, что слова, находящиеся в синонимических отношениях, в языке не оформляются линейно, а обладают общими, пересекающимися семами с членами других синонимических рядов и, благодаря функционированию в пределах общего мотивационного пространства, благодаря богатому ассоциативному фону, способны синонимизироваться в различных ситуациях общения. Об автономности синонимических рядов также не приходится говорить: самостоятельные ряды синонимов сливаются между собой, образуя вместо общего ряда сеть, более того, данная сеть «распахнута» в систему всего языка по принципу постепенного добавления новых сем, при подключении новых ценностей сеть может бесконечно расширяться до объемов лексикона языка. Приведем пример синонимической сети слова толстый, созданной на основе анализа диалектных источников и лингво-ассоциативных экспериментов (см. рисунок 1).




Рис. 1. Синонимическая сеть слова толстый.
Исследование словообразовательной синонимии в когнитивной парадигме основано на изменении представления о словообразовательном типе и словообразовательном значении. Словообразовательный тип в рамках когнитивного подхода понимается как ментально-языковая категория, организованная по принципу прототипа, которая на подсознательном уровне является одной из единиц хранения и передачи знаний о мире. Как и всякая естественная категория, тип обладает ядром и периферией, в силу этих причин данная категория и характеризуется подвижностью формально-семантических границ, в результате чего мы наблюдаем постоянное взаимодействие типов и постоянное образование одних и распад других словообразовательных синонимов (Л. А. Араева).

Виды словообразовательного значения представлены как уровни категоризации языковой картины мира, при этом все словообразовательные значения, кроме лексико-словообразовательного, проявляются на бессознательном уровне. На лексико-словообразовательном ярусе ярче всего обнаруживаются лексические и словообразовательные изменения в системе языка, провоцирующие распад и образование однокоренных синонимов. К тому же в рамках современного подхода, в связи с изучением глубинного синтаксиса и выделением такой ментально-языковой единицы, как пропозиция, стало возможным рассмотрение словообразовательно-пропозиционального значения. Благодаря новому пониманию словообразовательного типа оказывается закономерным выявление такого языкового феномена, как словообразовательно-пропозициональная синонимия.

Уникальность единиц, находящихся в отношениях словообразовательно-пропозициональной синонимии, была замечена Л. А. Араевой еще в 1994 году, но такое явление не могло быть обозначенным в силу того, что научная мысль развивалась в рамках структурно-системной парадигмы. Впервые в 2001 году публикуется работа Л. А. Араевой, П. А. Катышева, где словообразовательно-пропозициональная синонимия трактуется как явление разнокорневой синонимии полимотивированных производных, объединенных на основе тождества лексического значения, того мотивационного пространства, которое оказывается специфичным для каждого отдельного синонима. Называя один и тот же объект, но по разным критериям, словообразовательно-пропозициональные синонимы строятся на базе разных пропозиций, объединенных в пределах общего мотивационного пространства. Через словообразовательно-пропозициональную синонимию актуализируются значимые компоненты фрейма, отвечающие потребностям ситуации общения. Приведем пример пересекающихся, раскрывающих один концепт фреймов, выраженных словообразовательно-пропозициональными синонимами в микродиалектной системе (село Березово Кемеровского района).


Фрейм «пчела»

будуница (натурфакт – объект по характеризующему действию) – «пчела она же будит», в основу номинации положен характер издаваемого звука, подобный способ номинации свойственен для наименования класса насекомых;

жужжалка (натурфакт – объект по характерному действию). Разные глаголы находятся в основе номинаций «будит» и «жужжит», которые свидетельствуют об индивидуальном восприятии объекта, точнее о восприятии издаваемого звука;

медовица (натурфакт – объект по объекту, на который направлено действие). Релевантно то, что пчела собирает мед, т. е. ее практическая значимость для человека;

пузырница (натурфакт – объект по результату действия) – обозначается другая сторона объекта, уже не имеющая практической значимости, но его характеризующая. Эта пропозиция представлена целой ситуацией: после укуса пчелы на теле человека остается пузырь.

Перед нами разворачивается фрейм, через который раскрывается многогранный образ познаваемого объекта. Словообразовательно-пропозициональные синонимы эксплицируют, благодаря заложенным в сознании диалектоносителей пропозициям, наиболее значимые характеристики познаваемого объекта. Становится понятным, что это насекомое можно узнать по характерному звуку (жужжит), характерному действию (собирает мед), по результату воздействия на человека (надувается пузырь).

Фрейм «помещение для пчел»

зимник, пчельник, омшанник, медянник. В первом производном актуально то, что это помещение зимнее (то есть релевантным является темпоральный признак, время использования помещения – «зимнее помещение для пчел»), во втором – то, что помещение предназначено для пчел (значим объект, для которого создается помещение, что, в свою очередь, предопределяет особенность строения этого вместилища), в третьем – то, что помещение утеплено мхом (значимо средство, с помощью которого утепляется помещение, что косвенно указывает на время использования помещения – «зимнее помещение для пчел, покрытое мхом»). В четвертом производном значимым становится признак, не актуализированный в лексическом значении слова, но существующий в общем концептуальном пространстве (продукт, добывающийся или находящийся в этом помещении). Пропозиции, хранящиеся в общем концептуальном пространстве, меняются в зависимости от определенного ракурса видения этого пространства, что влечет за собой появление пропозиционально связанных синонимов.


Фрейм «пасечник»

медовик (субъект по результату действия): «У нее родители богатые. Отец медовик, пчел много держит»;

пчелинец (субъект по объекту, на который направленно действие): «Они нынче пчелинцами подрабатывают хлебное дело, мед сейчас какой дорогой»;

улейщик (субъект по функционально значимому объекту): «Улейщик за ульями ходит в шапке такой специальной».

Для синонимов такого типа характерно то, что все они объединены на основе единого лексического значения, того мотивационного пространства, которое оказывается специфичным для каждого отдельно взятого члена синонимичной пары либо ряда. Специфика его объясняется особым ракурсом видения этого пространства.

Рассмотрение словообразовательно-пропозициональных синонимов в языке как системе позволяет резюмировать, что это слова, объединенные общим лексическом значением, различающиеся на уровне пропозиций, но с позиции языка как речи, как «живого знания о мире» эти слова объединены общностью категории, находятся в едином мотивационном пространстве, они называют объект внеязыковой действительности и реализуются в зависимости от ракурса видения этого пространства, т. е. от определенной речевой ситуации, целей и речевых стратегий говорящего. По всем этим причинам мы наблюдаем реализацию разных пропозициональных структур в именах артефактов, натурфактов, лиц и использование характерных словообразовательных типов, поскольку за каждым из них закреплен арсенал определенных видов словообразовательных значений.

Процесс номинативной деятельности детерминирован ситуацией, мысль как бы перетекает из одной ситуации в другую, фиксируя в дискретных языковых единицах тот или иной фрагмент действительности. Текучесть мысли, разное видение объектов внеязыковой действительности – это и есть причины изменения пропозициональных структур, проявляющиеся в выборе мотивирующего признака и провоцирующие порождение синонимов.


Рассмотрение словообразовательно-пропозициональной синонимии опирается на теорию синонимии и, в частности на когнитивный аспект, что связано с изучением ономасиологической природы слова, выявлением внутренней формы слова, анализом стоящих за ним когнитивных процессов. Таким образом, исследование словообразовательно-пропозициональной синонимии на диалектном материале (348 слов) показывает закономерности функционирования этого явления и раскрывает природу его возникновения, обозначая место и значимость в ментально-языковой деятельности человека.

В нашем исследовании взята лишь небольшая часть огромного пласта словообразовательно-пропозициональной синонимии, представленной в богатой диалектной системе русского языка. На материале говора одного села продемонстрирована специфика функционирования словообразовательно-пропозициональных синонимов, их дискурсивно-фреймовая организация. Впервые предпринята попытка проанализировать это уникальное явление, показать его масштабность, значимость для русского языкового сознания, что обусловливает необходимость дальнейшего его изучения.

В третьей главе «Синонимия в аспекте психолингвистики» представлен анализ явления синонимии в психолингвистике. Обзор работ по данной проблематике дает основания утверждать, что синонимы, по существу, отражают взгляд под определенным углом зрения на какой-либо объект или реалию действительности. Если в традиционной парадигме синонимия представляется в изолированном состоянии, в системе с уже сложившимися значениями и типами отношений между членами синонимического ряда, то психолингвистика рассматривает синонимию не просто в потоке речи, а как живое знание, постоянно изменяющееся и эволюционирующее. Поэтому психолингвистический подход отказывается от понятия «синонимия» и предлагает понятие «близость значения слов» (термин используется вслед за С. В. Лебедевой), изучая его в непосредственной связи с сознанием индивида. Каждый человек обладает собственной психикой. Это означает, что у разных людей будет разное восприятие, разные ассоциации по отношению к предметам или явлениям, различным будет и процесс номинации, как и использование существующих синонимических средств.


Подробное изучение синонимии в психолингвистической парадигме основывается на особенностях психологической структуры слова. Связывание слов в индивидуальном сознании в качестве близких по значению зависит от знаний разного рода, с которыми увязываются лексемы в процессе их употребления носителем языка. Связи могут носить различный характер: это и связь слова с признаком предмета, и установление сходства либо различий, а также эмоционально-оценочные отношения. Следующей задачей психолингвистов является выделение определенной смысловой опоры, того множества оснований, по которым происходит переживание слов как «близких по значению» в индивидуальном сознании (это направление активно разрабатывается С. В. Лебедевой и ее учениками).

Переживание индивидом близости значения слов основывается на ассоциативных связях, зависящих от внешних и внутренних контекстов. Ассоциативные поля представляют собой информацию о свойствах явлений, обозначенных стимулами, но выраженных разными языковыми средствами. Каждый из стимулов вместе со своими дополнительными характеристиками создает в сознании индивида образ ситуации, который может быть выражен разными словами, о чем свидетельствуют данные проведенного ассоциативного эксперимента. Анализ ассоциативных полей позволяет увидеть основы для переживания сходства, зоны пересечений смыслов и возможности развития синонимических связей. Приведем пример двух ассоциативных полей:

Певец*: от 53–50 % – сцена, артист; 50–45 % – шоу, звезда, шоу –бизнес; от 45–35 % – гламур, голос, слава; 35–25 % – бездарность, посредственность, нет голоса, не умеет петь; 25–15 % – соловей, опера, соло, бард; 15 % – группа, однодневка, концерт, гастроли, Басков, песня; 13 % музыка, актер, гитара; 12 % – фабрика звезд, микрофон, кумир, попса, поклонники, толпа; 10 % – деньги, богатый, хит-парад, клип, девушки; от 3–5% – звездная болезнь, модный, певичка, яйца, наглые, штамповка, шалаболка, красивые, народный артист, скандалы, пиар, автограф, личность, походка, фигура, длинные ноги, блондинка, рок, реп, филармония, кассета, белые зубы, кастрат, романтик, стилисты, фонограмма, грим, яркий, на понтах, чей-то сын, любовница, яркий, успешный, богатые родители, ноты, диез, бемоль, труд, танец, телевизор, Пугачева, Киркоров, Панайотов, Гоман, Пенкин, Билан.

* жирным шрифтом выделены пересекающиеся семы
Артист: 52 % – звезда, 50 % – солист, 48 % театра и кино, сцена, 31 % – юмор, юморист, театр, горелого театра, 30 % – драма, игра, кино, 28 % – творчество, 25 % – личность, музыкант, талант, гастроли, 23 % – популярность, 22 % – кумир, 20 % – танцы, песни, шоу, 18 % – молодой, веселый, 15 % заслуженный, 13 % – богатый, модный, 10 % – поклонники, поет, 8 % телевизор, комик, не скучно, 7 % – роли, клоун, эстрада, 5 % – певец, народный артист, развлекает, автографы, 3–1 % – без комплексов, интересный, выступает, интеллигенция, цветы, наряды, софиты, грим, костюмы, без комплексов, красивый, яркий, цирк, имидж, маска, амплуа, боа, веер, поп-звезда

Ассоциативные поля отражают существующие синонимические связи, показывают смысловые зоны пересечений, где зарождается синонимия смыслов.

Прототипический подход дает основания говорить о синонимических связях как о полевых структурах. Прототип как ядерный компонент категории (представляя собой наиболее типичные реакции) нестатичен. Человек оперирует пространством категорий по-разному, в силу ассоциаций, которые зависят от личностных, социальных, культурных, территориальных и коммуникативных особенностей человека. Учитывая специфику устройства естественной категории: размытые границы и динамику прототипа, можно говорить о таком явлении, как «плавающая доминанта» (термин используется вслед за Л. А. Араевой). О динамике доминанты свидетельствуют данные экспериментов.

В результате направленного лингво-ассоциативного эксперимента собрано от 50 до 105 номинаций на каждое слово-стимул (всего семь единиц) в одной социальной группе (всего семь групп). В эксперименте участвовало 612 человек, получено 56 000 реакций. Все реакции статистически обработаны и сведены в таблицы, которые демонстрируют движение синонимических связей в процентном соотношении от ядра (наиболее частые, типичные номинации) к периферии (единичные, индивидуальные номинации), а также изменение синонимических отношений в зависимости от социального (профессиональная ориентация студентов), возрастного и гендерного факторов. Таблицы даны в качестве приложения к основному тексту диссертации. Приведем для иллюстрации некоторые результаты, отраженные в таблицах:


(1) движение прототипических реакций в разных группах к слову- стимулу лентяй:

экономический факультет – бездельник (65 %), тунеядец (19 %);.

математический факультет – бездельник (45 %);

кооперативный колледж – медлительный и ленивый (36 %);

социально-психологический факультет – Обломов, лоботряс (26 %);

филологический факультет – медленный, лежебока, Обломов (25 %);

физический факультет – тюфяк, лодырь, бездельник (23 %);

юридический факультет – медлительный (21 %);

(2) движение доминанты внутри социальной группы в зависимости от гендерного фактора: наиболее типичной реакцией у мужской половины студентов кооперативного техникума стала номинация безработник/(ный) (28 %), амеба (24 %), а в женской группе лидируют ленивый и медлительный (39 %);

(3) возрастной показатель демонстрирует тенденции временных изменений в синонимических единицах. Меняется ценностный компонент, ассоциативный фон и, как следствие, – ментально-языковой образ и функциональный аспект.

Например, в группе студентов от 15 до 18 лет: амеба, тюфяк, медлительный, бездельник, безработный. В группе студентов от 18 до 23: бездельник, лодырь, тунеядец, халявщик. Исчезают такие единицы, как байбак, белоручка, беспечный, охламон. Безработный встречается только в младшей возрастной группе.

По результатам нашего эксперимента можно утверждать, что процесс деривации активно участвует в речесинонимической деятельности: наряду с существующими единицами активно образуются как однокоренные (лодырь – лодырина – лодырище), так и разнокоренные единицы (забивало, вылежина, нехочуха, нахребетник, баклушник, бездейственник, тепляк, мухосчет). Активно образуются и используются причастия: зряслоняющийся, ничегонеделающий, пресмыкающийся, вечнождущий. Данные примеры обусловлены ситуативным компонентом, они свидетельствуют о том, что если языковому сознанию недостаточно существующих синонимических единиц для выражения познаваемого образа, то подключаются элементы словотворчества: при помощи словообразовательных средств создаются новые единицы, отвечающие условиям определенной ситуации общения.


Применение фреймового подхода позволяет рассматривать синонимию как ситуативно обусловленное явление, рождаемое и изменяемое в зависимости от ситуации общения. Отношения между элементами внутри определенного фрейма вызывают синонимию смыслов посредством процесса категоризации или ассоциативных связей. При этом фреймы не являются изолированными, а, пересекаясь друг с другом, разрастаются в сеть. Многообразие фреймов, обилие взглядов приводят к потребности обозначить, закрепить их за определенной языковой формой, потенциально провоцируя бесконечный процесс установления сходства (переживание слов как близких по смыслу), а также возникновение новых смыслов (многообразие функционирования слова в различных ситуациях порождает обилие смысловых оттенков, которые провоцируют распад тождества) и новых форм (новые номинации, словообразовательно-пропозициональная синонимия). Синтез всех трех подходов, учет взаимодействия индивидуального и объективного в значении слова позволяют объединять в концепции речевой деятельности язык и речь, снимая их противопоставление, свойственное системной лингвистике. Таким образом, появляется возможность изучения синонимии в речи, не забывая и не ограничивая ее языковых (системных) свойств.

Исследование синонимии и определение ее места в пространстве ментального лексикона позволяют говорить о наиболее типичных случаях переживания слов как синонимичных (близких по значению) в сознании индивида (как правило, такие единицы отражены в словарях синонимов), но, как показывает анализ материала, этот критерий нестабилен, а потому не является абсолютным и не может восприниматься как единственно верный. Синонимию нужно рассматривать как один из механизмов формирования и функционирования единиц в пространстве ментального лексикона. Каждая лексическая единица содержит в себе энергетическую способность к синонимизации, вокруг каждой единицы организуется атмосфера возможной синонимичности, способная реализоваться в некой ситуации.

Теоретические выводы и анализ материала свидетельствуют, что синонимия представляет собой ментально-языковое явление, формирующееся в результате действия основных когнитивных процессов: ассоциирования, категоризации и лексикализации. Обладая размытыми границами, естественные категории активно взаимодействуют между собой, в зоне их пересечения возникают синонимические отношения. Такое понимание синонимии раскрывает природу данного явления, его место в речемыслительной деятельности человека, также дает возможность разрешить проблемы, поднимавшиеся в структурной лингвистике.


В настоящем исследовании удалось обнаружить следующие особенности синонимии как ментально-языкового явления:

1. Синонимические связи не оформляются линейно, а строятся по принципу поля, от ядра к периферии.

2. При таком положении явственна нерелевантность частеречного признака.

3. Разрушается представление о доминанте синонимического ряда, выраженной прототипом той или иной категории (учитывая особенности естественной категории: размытые границы и динамику прототипа, вводится понятие «плавающая доминанта»). Признаки доминанты синонимического ряда, такие как статичность и нейтральность, непостоянны, а о доминанте синонимического ряда можно говорить как о прототипичном представителе, устойчивой ассоциации внутри естественной категории.

4. Ценностный компонент и ассоциативная основа категоризации свидетельствуют об индивидуальном представлении синонимии в сознании индивида.

5. Явление словообразовательно-пропозициональной синонимии не существует обособленно, оно входит в синонимическую сеть, будучи продуктом речемыслительной деятельности, активно формируется в сознании индивида наряду с другими видами синонимии, такими как лексическая и однокоренная синонимия.

В силу того что синонимы организуются по принципу естественных категорий, можно выделить наиболее типичные случаи синонимических отношений, а размытые границы верифицируют возможности дальнейшего развития этих связей в результате взаимодействия разных категорий. Таким образом, когнитивный подход снимает проблему несовпадения синонимических рядов в различных словарях и их несоответствие реальным синонимическим отношениям в конкретных речевых актах, в различных коммуникативных ситуациях.

В качестве итога в реферируемой диссертации формулируется понятие синонимии с учетом результатов проведенных исследований: под синонимами подразумеваются языковые единицы, построенные на основе процесса категоризации (по принципу естественных категорий), объединенные общим гипостазированным признаком. Синонимию можно трактовать как ментально-языковую категорию, реализующую познавательную деятельность человека, в рамках которой, на основе гипостазированного признака, соединяются значения различных по формальному определению слов. В силу того что в значении сосредоточивается бесчисленное количество смыслов, эти признаки, являясь содержательно различными, обусловливают вхождение одного и того же слова в различные синонимические ряды, провоцируя образование синонимических полей.


В заключении подводятся общие итоги работы, оценивается перспективность исследования.

В приложении представлены таблицы, отражающие результаты направленного лингво-ассоциативного эксперимента № 2.
Основные положения диссертации отражены в следующих публикациях:

В статьях, опубликованных в ведущих рецензируемых научных журналах, рекомендованных ВАК Минобрнауки РФ:

1. Шумилова, А. А. Лексическая синонимия: традиционное и когнитивное видение проблемы [Текст] / А. А. Шумилова // Вестник Челябинского государственного университета. – Серия «Филология. Искусствоведение». – Челябинск, 2009. – Вып. 33. – С. 144–149 (0,4 п. л.).

2. Шумилова, А. А. Словообразовательная синонимия когнитивное видение проблемы [Текст]. / А. А. Шумилова // Сибирский филологический журнал. – Новосибирск, 2009. – № 3. – С. 111–114 (0,25 п. л.).
В прочих изданиях:

3. Шумилова (Бакланская), А. А. Явление синонимии в аспекте современной научной парадигмы [Текст] /А. А. Шумилова (Бакланская) // История языкознания, литературоведения и журналистики как основа современного филологического знания: Материалы Международной научной конференции. – Ростов-на-Дону, 2003. – С.13–15 ( 0,1 п. л.).

4. Шумилова (Бакланская), А. А. Явление синонимии в традиционной и современной парадигме [Текст] / А. А. Шумилова (Бакланская) // Русский язык теория. История. Методика. – Лесосибирск, 2003. Вып.3. – С.170–175 (п. л.).

5. Шумилова (Бакланская), А. А. Категоризация производных слов в аспекте когнитивной парадигмы [Текст] / А. А. Шумилова (Бакланская), Л. А. Араева // Языковая ситуация в России начала ХХI века: Материалы Международной научной конференции (18–20 октября 2002 г., Кемерово), проводимой в рамках федеральной целевой программы «Русский язык» в 2002 году и посвященной 10-летию МАН ВШ. – Кемерово, 2002. – С. 62–70 (0,3 п. л.).

6. Шумилова, А. А. Проблемное видение синонимии в аспекте психолингвистики [Текст] / А. А. Шумилова // Фундаментальные и прикладные исследования в системе образования: Материалы III-й Международной научно-практической конференции (заочной). – Тамбов, 2005. – Ч. 2. – С. 199–201 (0,18 п. л.).


7. Шумилова, А. А. К вопросу о феномене синонимии в психолингвистической парадигме [Текст] / А. А. Шумилова // Русский язык теория. История. Методика. – Лесосибирск, 2005. – Вып. 5 – С. 94–97 (0,25 п. л.).

8. Шумилова, А. А. Синонимия как один из механизмов реализации языковой картины мира [Текст] / А. А. Шумилова // Картина мира: Язык, литература, культура: Сб. науч. ст. – Бийск, 2005. – С. 135–141 (0,3 п. л.).

9. Шумилова, А. А. Основы формирования синонимических средств языка в аспекте психолингвистической традиции [Текст] / А. А. Шумилова // Наука и образование: Материалы V региональной научной конференции студентов и молодых ученых. – Белово, 2005. – С. 65–72 (0,4 п. л.).

10. Шумилова, А. А. Лексикографическая интерпретация лексической и словообразовательно-пропозициональной синонимии с когнитивных позиций [Текст] / А. А. Шумилова, Л. А. Араева // Наука и образование: Материалы VI региональной научной конференции студентов и молодых ученых. – Белово, 2006. – С. 259–264 (0,3 п. л. ).

11. Шумилова, А. А. Когнитивный подход к проблеме «значение и смысл» в исследовании синонимических средств языка [Текст] / А. А. Шумилова // Актуальные проблемы современного словообразования: Материалы Международной научной конференции (Кемерово 1–3 июля 2005 г.). – Томск, 2006. – С. 319–323 (0,25 п. л.).

12. Шумилова, А. А. Синонимия в пространстве ментального лексикона [Текст] / А. А. Шумилова // Материалы XV Симпозиума по психолингвистике и теории коммуникации «Речевая деятельность. Языковое сознание. Общающиеся личности». – М., 2006. – С. 355–356 (0,1 п. л.).

13. Шумилова, А. А. Изучение словообразовательно-пропозициональной синонимии в диалектной системе русского языка [Текст] / А. А. Шумилова // Актуальные проблемы современного словообразования: Материалы Международной научной конференции / под общ. ред. проф. Л. А. Араевой. – Кемерово, 2009. – С. 143149 (0,4 п. л.).

Подписано в печать 27.10.2009 г. Формат 60×841/16. Усл. печ. л. 1,5. Печать офсетная. Бумага офсетная. Тираж 100 экз. Заказ №

ГОУ ВПО «Кемеровский государственный университет»

650043, г. Кемерово, ул. Красная, 6.

Отпечатано в типографии издательства «Кузбассвузиздат».

650043, г. Кемерово, ул. Ермака, 7.